au-01И лишь когда события приняли серьезный оборот, Михаил начал сомневаться в его светлости.

Этот маленький Аганатянин - умный и честный человек, он предан вам душой и телом. Если помните, в день своего исчезновения Михаил хотел поговорить с вами наедине.

И Павел услышал его слова! А потом оглушил беднягу и утащил подальше от лагеря. Не Павел, а один из его подручных. Они держали Михаила в качестве пленника в одной из пещер, которых полно в этих скалах. Когда же мы с вами проявили упрямство и отказались подчиняться действию снотворного, которое Павел подсыпал нам в вино, он приволок Михаила сюда, чтобы отвлечь нас и без помех похитить Лилиану.

Должен признаться, брат вашей подруги обладает буйным воображением. Он чертовски умен, хладнокровен и прекрасно действует в критических обстоятельствах. А уж если представляется возможность. Первой счастливой случайностью оказалась моя болезнь, счастливой для его светлости, конечно, но я почти не сомневаюсь, что Павел со своим помощником намеревался тем или иным образом задержать вас здесь.

Например, повредить судно или пристукнуть одного из нас. Разумеется, поначалу убийство не входило в замыслы Павла, он надеялся добиться своего без лишних хлопот, но, думаю, готов был ко всему.

А как мастерски обвел меня вокруг пальца, разыграв редкостного болвана! И только после случая со змеей я понял, что он лишь изображает глуповатого влюбленного, в действительности же на Лилиану идет настоящая охота.

Но даже тогда я вообразил, будто Павел прекратит дурацкую и опасную игру, узнав, что Лилиана приняла предложение Романа. Валерианович выставил трость в проем. Раздался еще один выстрел, весело застучали камешки.

Упорный тип. Интересно, сколько времени он намерен нас здесь держать? Мы в безопасности до тех пор, пока не попытаемся вылезти из пещеры. Павелу придется придумать весьма изощренное оправдание, чтобы объяснить, почему он не спас Лилиану.

Впрочем, его светлость достаточно тщеславен, чтобы решить, будто он сможет найти правдоподобное объяснение для какой угодно нелепости. Ну что, Лугански, будем спасать шкуру и сидеть спокойно? Когда Лилиана в лапах этого чудовища? - возмутилась я.

Не дразните меня, Валерианович, вы согласны с этим не больше моего. Вы думаете, что Роман. Я очень тревожусь за Романа, - тихо сказал Валерианович. Я уже достаточно хорошо его изучила, чтобы почувствовать за этим спокойным тоном скрытую муку.